Вне рубрик
К чему твержу я стих унылый,Зачем в полночной тишинеТот голос страстный, голос милый,Летит и просится ко мне,- Зачем? огонь немых страданийВ ее душе зажег не я…
Я вас знавал… тому давно,Мне, право, стыдно и грешно.Что я тогда вас не заметил…Вы только что вступили в свет —Вам было восемнадцать лет…
Дай мне руку — и пойдем мы в поле,Друг души задумчивой моей…Наша жизнь сегодня в нашей воле —Дорожишь ты жизнию своей?
Хмурое утроС холодным дождём.Горько вдвоём.Лампочка днёмОтливает бедой,К двери идёшь.Я за тобой.Снять позабылиПластинку ночи —Вот отчего Путь к разлуке короче.
В шесть сорокОтбудет поезд.В шесть сорокНаступит расплатаЗа то,Что забыла вернуться,Что смех у тебя на лице.Ты выйдешь на станцию,Тихо.Твой поезд ушёл на рассвете.
Четырнадцать слезинок На твоей щеке.Четырнадцать дождинок На мокром стекле.Уедешь — не приедешь,Гадай — не гадай.Ты повернёшься к двери,Прощай!
Вот опять окно, Где опять не спят. Может, пьют вино, Может, так сидят. Или просто – рук Не разнимут двое. В каждом доме, друг, Есть окно такое.
Ты мне чужой и не чужой,Родной и не родной,Мой и не мой! Идя к тебеДомой — я «в гости» не скажу,И не скажу «домой»
Святая ль ты, иль нет тебя грешнее,Вступаешь в жизнь, иль путь твой позади, — О, лишь люби, люби его нежнее!Как мальчика, баюкай на груди,Не забывай, что
Писала я на аспидной доске,И на листочках вееров поблеклых,И на речном, и на морском песке,Коньками по льду, и кольцом на стеклах, —
На солнце, на ветер, на вольный просторЛюбовь уносите свою!Чтоб только не видел ваш радостный взорВо всяком прохожем судью.Бегите на волю, в долины, в
Мы с тобою лишь два отголоска: Ты затихнул, и я замолчу. Мы когда-то с покорностью воска Отдались роковому лучу. Это чувство сладчайшим недугом Наши души
Мальчиком, бегущим резво,Я предстала Вам.Вы посмеивались трезвоЗлым моим словам: «Шалость — жизнь мне, имя — шалость!Смейся, кто не глуп!»
Любовь! Любовь! И в судорогах, и в гробеНасторожусь — прельщусь — смущусь — рванусь.О милая! Ни в гробовом сугробе,Ни в облачном с тобою не прощусь.
Не любила, но плакала. Нет, не любила, но все жеЛишь тебе указала в тени обожаемый лик.Было все в нашем сне на любовь не похоже:Ни причин, ни улик.
Каждый стих — дитя любви,Нищий незаконнорожденный.Первенец — у колеиНа поклон ветрам — положенный. Сердцу — ад и алтарь,Сердцу —
Идешь, на меня похожий,Глаза устремляя вниз.Я их опускала – тоже!Прохожий, остановись! Прочти – слепоты куринойИ маков набрав букет,Что звали меня МаринойИ
Ты не спрашивай, не распытывай,Умом-разумом не раскидывай:Как люблю тебя, почему люблю,И за что люблю, и надолго ли?Ты не спрашивай, не распытывай:Что
С тех пор как я один, с тех пор как ты далеко,В тревожном полусне когда забудусь я,Светлей моей души недремлющее окоИ близость явственней духовная твоя.
На нивы желтые нисходит тишина,В остывшем воздухе от меркнувших селений,Дрожа, несется звон… Душа моя полнаРазлукою с тобой и горьких сожалений.