Вне рубрик
не забывай никогда,как хлещет в пристань вода,и как воздух упруг —как спасительный круг. А рядом — чайки галдят,и яхты в небо глядят,и тучи
М. Б. Ты знаешь, с наступленьем темноты пытаюсь я прикидывать на глаз, отсчитывая горе от версты, пространство, разделяющее нас. И цифры как-то сходятся
великий человек смотрел в окно ,а для нее весь мир кончался краем его широкой греческой туники,обильем складок походившей наостановившееся море.
В. А. Зоргенфрею Тяжкий, плотный занавес у входа,За ночным окном — туман.Что теперь твоя постылая свобода,Страх познавший Дон-Жуан?
Потемнели, поблекли залы.Почернела решотка окна.У дверей шептались вассалы:«Королева, королева больна». И король, нахмуривший брови,Проходил
Влажная печать признаний,Обещанье тайных нег —Поцелуй, подснежник ранний,Свежий, чистый, точно снег. Молчаливая уступка,Страсти детская игра,Дружба
На то и меньше мой алмазГранитной темной глыбы,Чтобы дороже во сто разЕго ценить могли бы!
(При прощании с ней) Лазурь бледна: глядятся в теньГромадин каменные лики:Из темной ночи в белый деньСверкнут стремительные пики. За часом час, за днями
Когда время мое миновало И звезда закатилась моя, Недочетов лишь ты не искала И ошибкам моим не судья. Не пугают тебя передряги, И любовью, которой черты
Притворной нежности не требуй от меня:Я сердца моего не скрою хлад печальный.Ты права, в нем уж нет прекрасного огня Моей любви первоначальной.
Когда наскучат ей лукавые новеллыИ надоест лежать в плетеных гамаках,Она приходит в порт смотреть, как каравеллыПлывут из смутных стран на зыбких парусах.
Рука тяжелая, прохладная Легла доверчиво на эту, Как кисть большая, виноградная, Захолодевшая к рассвету. Я знаю всю тебя по пальчикам, По прядке, где
Нет, ты мне совсем не дорогая; милые такими не бывают… Сердце от тоски оберегая, зубы сжав, их молча забывают. Ты глядишь — меня не понимая
Метелица, как медведица, Весь вечер буянит зло, То воет внизу под лестницей, То лапой скребет стекло. Дома под ветром сутулятся, Плывут в молоке огоньки
Шар луны под звездным абажуром Озарял уснувший городок. Шли, смеясь, по набережной хмурой Парень со спортивною фигурой И девчонка —
Я, наверное, так любил,Что скажите мне в эту пору,Чтоб я гору плечом свалил,-Я пошел бы, чтоб сдвинуть гору! Я, наверное, так мечтал,Что любой бы фантаст
Не надо отдавать любимых,Ни тех, кто рядом, и ни тех,Кто далеко, почти незримых.Но зачастую ближе всех! Когда всё превосходно строитсяИ жизнь пылает, словно
Любим мы друг друга или нет? Кажется: какие тут сомненья?! Только вот зачем, ища решенья, Нам нырять то в полночь, то в рассвет?! Знать бы нам важнейший
Когда мне говорят о красоте Восторженно, а иногда влюбленно, Я почему-то, слушая, невольно Сейчас же вспоминаю о тебе. Когда порой мне, имя называя, О
Ну зачем, ну зачем нам с тобою ссориться?Ведь от споров, амбиций и глупых ссорНичего-то хорошего не построится,А останется только словесный сор.