Вне рубрик

Ты мне говоришь о любви – я не верю, не верю!Какая любовь, если сердце немеет с тоски.Взгляни на меня: это горе, года и потериВсю душу мою истрепали, порвав в лоскутки.

«Ты у меня одна, словно в ночи луна,Словно в степи сосна, словно в году весна.»Юрий Визбор Ты у меня один,Раб мой и господин.Дожили до сединВ

Ты сказал всего лишь пару слов.Как бы я сумела разобратьсяВ сложных отношениях половВ те свои, неполные, пятнадцать? А разлукам – не было числа,Некогда

Ты огонь подарил моему неумелому сердцу,И впервые открыл то, что в мире – довольно не ново,Только я не всерьёз приняла прозвучавшее скерцо,Лишь буквально

Ты можешь громко захлопнуть двери,Что сам придумал – во всё поверить.Ты можешь думать, что забываешь,Кто я такая, что я – живая… Ты можешь клясться, кому

Ты мне целуешь руки – дивный жест,Хоть от него и не родятся дети.Не сгинет, не уйдёт, не надоест –Пока ещё любовь жива на свете. Целуя руки, ты глядишь

Ты меня не сможешь обмануть.Я давно уже тебе не верю.Но на дне души осела муть,Ты смотри, её не взбаламуть –Не толкни незапертые двери. Даже не старайся

В знойный полдень – благостный ручей,Ключ Кастальский – в пору вдохновения,Тент – от всесжигающих лучей,Счётчик, отмеряющий мгновения. По большому счёту

Зови, когда тебе невмоготу,Когда ты ослабеешь от отчаянья.Твой голос, улетевший в пустоту,Услышу я, хранящая молчание. Пока живу я, каждых полчаса –Выдерживаю

Мне тебя вспоминать – бесполезно, нелепо, не надо…Ибо я позабыть до конца своих дней не смогу,Как не шли мы вдвоём по ночным площадям Ленинграда,Не стояли

Уголок кофейни, полумрак,За окошком – яркий отблеск вечера.И порой – вторгающийся враг,С голосом гундосого диспетчера. Номера транзитных поездовОбъявляет.

Небо с рассвета неистово синее,Солнце горит, не по-зимнему яркое,Ветви деревьев окутаны инеем,Даже вороны сегодня не каркают. Я б никогда не подумала ранее,Что

Весёлый и красивый тамадаТех шумных молодёжных вечеринок,Ты подбирал словечки без труда –В компании галинок и иринок. Ты был столь упоительно речистСреди

У стен Петропавловки берег подёрнулся хрупким ледком,И снежная проседь на старые стены легла.А было когда-то – мы бегали здесь, как и все, босиком,И пляжный

Струна оборвалась – и ты затих,Как будто в горле захлебнулись связки.А струн – ещё полно, и литься стихГотов, исполнен прелести и ласки.

С тобою расставаясь хоть на час,Впадаю в состояние безумия…Душе – необходимость – не указ,И тело, как спелёнутая мумия… А действий неосмысленный потокСтремится

Слонялась по полям, одна, безродной ланью,А матушка с отцом давно уже в гробу…Но светлый час настал, сбылись мои мечтанья,И я не устаю благодарить судьбу!

Дорожка – преддверием ада,Ворона – пугающим троллем…А ты мне твердишь, что не надо,Нет повода, всё под контролем. Надёжный, устойчивый берегПлывёт, как

Светит день туманный – в окоёмеРамы запотевшего окна…Хорошо ещё, что в нашем домеЯ не остаюсь совсем одна. Что всегда со мною – наши книги,В застеклённых

Мы были с тобою знакомы в прошедшем столетье,А в новом столетье – искать бесполезно уже.Я знаю: тебя мне случайно не выпадет встретитьВ том доме панельном